Разрушать нельзя

05.12.2019
Секция «Сохранение культурного наследия» собрала более 60 экспертов из 12 стран для профессионального разговора о будущем городов-памятников, о вынужденных компромиссах при сохранении уникальных архитектурных объектов и новом наследии.
 

Работу секции возглавил директор Государственного музея-заповедника «Гатчина» Василий Панкратов. В профессиональном сообществе он известен как разработчик концепции развития сферы культуры, которая стала декларацией культурной политики Петербурга на 2006-2009 годы. В ней Василию Юрьевич обозначил девять наиболее важных направлений развития, в числе которых были охрана культурного наследия, доступность учреждений культуры для людей с ограниченными возможностями.

В этом году секция поставила вопрос перед профессиональным сообществом и общественностью Петербурга: что считать наследием, достойным реставрации и сохранения, а что можно реконструировать или вовсе снести в целях развития города. По словам Василия Панкратова, «дискуссия «Разрушать Нельзя Сохранять», посвященная состоянию исторического центра Санкт-Петербурга, должна была стать важнейшим мероприятием секции. Она вызвала волну интереса среди неравнодушных петербуржцев и гостей Форума. К сожалению, сторонники кардинальных взглядов не смогли обосновать свою позицию достаточно четко. Возможно, это было следствием шумной отрицательной реакции многих городских СМИ и градозащитников накануне Форума. Отстаивание традиционной точки зрения уже не потребовало глубокой аргументации. Градус дискуссии вышел не слишком высоким. Однако некоторые из прозвучавших мнений, а главное сам факт публичного и откровенного разговора на исключительно важную для города тему могут послужить толчком для разработки новых подходов к сохранению уникального петербургского наследия».

Модератор дискуссии, президент фонда «Шуховская башня», председатель российского отделения DOCOMOMO Владимир Шухов обозначил цену исследования и капитального ремонта культурного наследия Петербурга в полтриллиона рублей, исходя из того, что в городе 3 000 объектов культурного наследия и около 14 тысяч исторический зданий. Итоговая сумма составляет более 2 процентов от бюджета страны. Нет денег — нет должного объема реставрации, и вопрос о разрушении уникального города решают уже не люди, а время. Вопрос, который был задан экспертам — чем необходимо пожертвовать ради сохранения особо ценных памятников — ранее вызвал негодование общественности, а на площадке Форума — дискуссию между девелоперами, архитекторами, экспертами в области сохранения культурного наследия.

Если Владимир Шухов считает, что Петербург «попал в ловушку своего былого величия», когда столичные амбиции и огромные средства покинули город, а наследие осталось, то представитель девелоперов, управляющий партнер УК «Теорема» Игорь Водопьянов сравнил Петербург с офисом империи, в котором сегодня осталось место для бизнеса, торговли и жилья. Однако нередки примеры, когда памятники архитектуры не продаются даже по цене 35 тысяч рублей за квадратный метр. Бизнес тормозит отсутствие парковочных мест и логистические проблемы центра. Реновацию жилья в домах-памятниках останавливает не только отсутствие финансирования, но и собственники: «Чтобы сделать качественное жилье в центре города, нужно отселять жителей и проводить капремонт. При СССР так и делалось, но тогда все жилье принадлежало государству, — поясняет Игорь Водопьянов. — Вследствие приватизации 1991 года у нас появилась масса мелких собственников. Такого нет нигде в мире! Поэтому любая попытка что-то сделать со зданиями упирается в условную петербургскую бабушку, которая живет там со своим любимым котом, она пережила там блокаду, и она говорит: оставьте меня в покое, я никуда не поеду. Поэтому если проводить капитальные ремонты массово, чтобы туда пришли не только государственные деньги, но и частные, государство должно выработать какой-то механизм ограничения права собственности».

В администрации Петербурга тоже считают, что при приватизации в 1990-х были допущены ошибки, которые теперь не позволяют эффективно работать с жилыми домами-памятниками. При этом председатель Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Администрации Петербурга Сергей Макаров выделил 3 задачи для решения проблемы: «Зарабатывать больше денег (бюджет недостаточен). Давать возможность зарабатывать бизнесу. Вернуть город в федеральную повестку — это одна из целей, поставленная губернатором Петербурга Александром Бегловым. Адаптировать федеральное законодательство, прежде всего, нормы проектирования к потребностям исторической застройки Санкт-Петербурга».

Эксперты из Австрии и Франции отметили, что важно избежать цели музеефицировать город. Управляющий историческим центром города Вены Рудольф Цунке рассказал, что Австрия приняла новое законодательство, которое четко определило правила строительства в центре города: «Когда новый инвестор хочет построить что-то новое в охраняемой зоне Вены, необходимо, чтобы при этом создавались новые пространства, новые ценности для населения. Это часть контракта. И прежде чем инвестор начнет строительство, он должен точно определить, какую пользу это здание принесет людям. Нельзя потерять лицо города». А президент Академии архитектуры из Франции Бертран Лемуа отметил важность сохранения не отдельных зданий, а целых районов, включая так называемые вторичные здания, которые обеспечивают историческое и архитектурное единство города: «Мы не хотим жить в музее. Но историческое наследие — это часть нашего образа жизни, привлекательности города. Существуют инструменты, которые помогают не только сохранять, замораживать город в том виде, в котором он существует, но и помогать городу перестраиваться, обновляться, развиваться. Это необходимость. Важно адаптировать город к современным потребностям».

Сравнения с европейскими городами уместны, но важно учитывать, что Петербург — самый большой градостроительный объект в Списке ЮНЕСКО. Площадь только ядра исторического центра Санкт-Петербурга, охраняемого объекта всемирного наследия, составляет около 4 тысяч гектаров. На этой территории расположены около 9 тысяч памятников и около 16 тысяч исторических зданий. И быстрых решений, по мнению экспертов петербургского КГИОП, здесь быть не может.

При этом в прошлом году Петербург поставил рекорд по количеству привлеченных средств для сохранения объектов культурного наследия – всего более 20 миллиардов рублей или около 300 миллионов долларов. Поэтому финансовый ресурс есть. Международный эксперт, специальный советник ЮНЕСКО Франческо Бандарин обозначил ключевую проблему: «Нет четкого, эффективного законодательства. Пока не будет федерального закона, который оценил бы историческое наследие, мы не сможем сделать шага вперед. Потому что периметр того, что называется историческим достоянием, нарисован на карте, но он не имеет законной силы. Законную силу имеют ограничения, которые наложил КГИОП на отдельные субъекты, но общего плана нет. Таким образом, самая большая проблема — это закон федерального уровня».

В итоге вопрос о разрушении Петербурга стал обсуждением не чьих-то возможных действий, а, скорее, разговором о бездействии, которое может привести к утрате памятников, культурного наследия, что, по словам Франческо Бандарина, ведет к потере национальной идентичности.

Во второй части обсуждения Российский научно-исследовательский институт культурного и природного наследия им. Д. С. Лихачева представил концепцию управления Петербургом как объектом всемирного наследия. Это план, основанный на документах ЮНЕСКО и учитывающий специфику города. В 2020 году его вынесут на обсуждение профессионального сообщества, после чего начнется более детальная разработка документа. Концепция управления нацелена на сохранение выдающейся ценности исторического центра Петербурга, внедрение культурного наследия в устойчивое развитие территории города и главное — обеспечение эффективного управления и мониторинга центра города. Руководитель отдела всемирного наследия и международного сотрудничества Института наследия им. Д. С. Лихачева Надежда Филатова назвала создание плана колоссальной задачей: «Это один из самых больших, самых сложных, многокомпонентных, неоднозначных в плане управления объектов всемирного наследия. Это два российских региона: Санкт-Петербург и Ленинградская область. 36 компонентов, более 80 элементов. Это исторические центры городов, сложные и не совсем вписывающиеся в российское законодательство объекты: исторические дороги, Зеленый пояс Славы и другие. Всей этой сложной конструкцией, которая была подготовлена и внесена в список всемирного наследия, довольно сложно управлять на практике и сложно даже осмыслить ее масштабы, ее значение и тем более свести это все в один документ». План управления учитывает отношение и мнение граждан относительно судьбы и применения объектов культурного наследия, а также определяет их эффективное использование и развитие.

О необходимости законодательной защиты наследия говорили и на двух других площадках секции. Речь о сравнительно молодых зданиях и сооружениях, которые в обществе ещё не воспринимаются как памятники: это промышленные объекты и строения эпохи модернизма и авангарда.

Так, на Культурном форуме два дня были посвящены 100-летию Баухауса. Конференция под названием «Возраст, достойный наследия» собрал экспертов из Германии, Финляндии, Израиля, Чехии и России. Опыт стран в сохранении наследия ХХ века настолько различен, что демонстрирует еще не сформировавшееся в обществе отношение к нему: от неприятия к признанию и взятию под охрану.

О глобальной реставрации школы Баухауса в Германии рассказала Моника Маркграф, научный сотрудник Фонда Bauhaus Dessau, признанный эксперт двух влиятельных международных организаций по охране памятников — DOCOMOMO International и ICOMOS. Вопрос реставрации знаменитой на весь мир высшей школы строительства и художественного конструирования в Дессау не был легким. Монике и ее коллегам приходилось настаивать на внесении этих строений в Список всемирного наследия ЮНЕСКО, этого удалось добиться в 1996 году. При участии Моники Маркграф были проведены исследования и инвентаризация состояния этих зданий, разработаны концепции их восстановления. В этом году в Дессау завершены работы в домах преподавателей Василия Кандинского и Пауля Клее, а в сентябре 2019 года там открыт новый музей Баухауса. На Форуме Моника подчеркнула, что стиль пережил волну критики и пренебрежения, но в конечном счете Баухаус определил развитие архитектуры в ХХ веке. Об изменении отношения к новому наследию общества Моника Маркграф рассказала на конкретном примере: «В 1970-е годы окна в зданиях Баухаус были выброшены, так как находились уже в плохом техническом состоянии, не подлежали реставрации. Некоторые экземпляры выжили в оранжереях, частных садах. И спустя 25 лет, в 2000 году, мы стали их реставрировать и вернули в дома. То же самое окно спустя 25 лет стало ценным! Люди все чаще понимают архитектурные качества исторической застройки и начинают действовать соответственно».

Уникальные исследования о Баухаусе в России привела ведущий научный сотрудник НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства Евгения Конышева. В 1920-1930-х годах ученики немецкой школы приехали в СССР для участия в строительстве целых поселков и городов в Сибири и на Урале. Участие немецких архитекторов в ударных стройках СССР первых пятилеток во многом повлияло на советскую методологию и практику проектирования. Сегодня, по словам Евгении Конышевой, эти материальные свидетельства эпохи требуют защиты и участия. С 2007 года российские, немецкие и голландские специалисты заявляли о необходимости сохранения всемирно известного памятника архитектурного авангарда — «Квартал № 1» в Магнитогорске авторства немецкого архитектора-функционалиста Эрнста Мая. Не помогали ни многочисленные конференции, ни научные исследования, ни обращения жителей и ученых, ни заявления международных форумов. Квартал из 38 жилых и общественных построек, похожий на рабочий поселок Берлина, охраняемый ЮНЕСКО, оказался на грани исчезновения. Судьба памятника градостроительного искусства, казалось, была предрешена. Евгения Конышева пояснила, что сегодня доказать ценность таких памятников очень непросто: «У нас возможно что-то продвинуть, если есть союз между властью (муниципалитетом или государством), профессиональным сообществом и обществом. Но такой тройственный союз встречается очень редко. Поэтому либо действует механизм, когда давит профессиональное сообщество. Этот механизм оказался действенным в случае с магнитогорским «Кварталом № 1». Особая благодарность немецкому профессиональному сообществу, которое оказало решающее влияние на власти — теперь квартал поставлен как вновь выявленный объект культурного наследия под охрану. Либо другой вариант в Новокузнецке, когда стали воспитывать общество, то есть просвещать живущих там граждан. И уже это общество граждан воздействовало на власть. Результат тот же — часть домов поставлена под охрану. Но, как и по всему миру, все упирается в финансовые возможности».

То, что здания эпохи модернизма и авангарда достойны наследия, подтверждает опыт реставрации единственной в России постройки известного финского архитектора Алвара Аалто — библиотеки в Выборге. Это была совместная работа России и Финляндии, продолжавшаяся в общей сложности 20 лет. Восстановление велось по оригинальным чертежам, реставраторы старались быть точными в деталях и возродить все технологические решения Аалто. Оказалось, что отец модернизма в Северной Европе продумал библиотеку до мелочей: в ходе реставрации обнаружили пандус для перевозки книг в хранилище, механизм скользящей двери, также вернули первоначальную форму пятидесяти семи круглым фонарям, которые освещают главный читальный зал теперь не только электрическим, но и естественным светом, так как фонари, подобно окнам, выходят на крышу.

В течение всех 20 лет курировал реставрационные работы и руководил группой финских специалистов Тапани Мустонен, сегодня он член Правления Europe Nosra и один из спикеров Культурного форума. Вице-президент Национального комитета ICOMOS (Россия), профессор Московского архитектурного института Наталья Душкина назвала библиотеку Аалто в Выборге лучшим зданием эпохи модернизма в России: «Сейчас в Финляндии проходит большая работа по составлению серийной номинации построек Аалто для всемирного наследия. Поскольку это здание находится на территории Ленинградской области, то было бы очень хорошо принять решение, во всяком случае поддержать возможность включения этого здания в серийную номинацию построек Аалто как совместную номинацию России и Финляндии».

Экскурсия по памятникам архитектуры эпохи советского авангарда Петербурга объединила участников конференции, посвященной 100-летию Баухауса, и дискуссии «Индустриальное наследие: ценность и развитие».Международным экспертам продемонстрировали водонапорную башню завода «Красный гвоздильщик», построенную в 1929-1931 годах по проекту архитектора Якова Чернихова, первый жилой дом Ленсовета как памятник конструктивизма, также они стали участниками открытия памятной доски на силовой подстанции фабрики «Красное знамя», это единственная в России постройка по проекту выдающегося немецкого архитектора Эриха Мендельсона. Реставрация фасадов здания силовой подстанции фабрики — один из примеров опыта сохранения объектов советского авангарда в Санкт-Петербурге. Торжественное событие стало поводом для обсуждения еще одной глобальной проблемы — приспособления памятников индустриального наследия. В случае с силовой подстанцией собственник готов передать объект городу для создания общественного пространства. Однако решения, что именно может быть размещено в уже отреставрированной башне, не принято.

Эксперты дискуссии об индустриальном наследии назвали промышленные территории ресурсом для развития городов. В Петербурге и Москве это значительные площади в черте города, которые сегодня чаще всего лежат мертвым грузом. Примеры преобразования «серого пояса города» позволяют говорить не только о новой жизни старых фабрик и заводов, но и мощной образовательной задаче, которую решают такие проекты. Среди таких примеров – проект креативного пространства «Новая Голландия» в Петербурге, проект по возрождению историко-архитектурного комплекса «Усолье» в Пермском крае, связанного с историей промышленного освоения Верхнекамья династией Строгановых, создание мономузеев, например, единственного в мире музея каски (Лысьвенский завод в 1942-1945 годах один в стране производил солдатские шлемы, всего там выпустили около 10 миллионов касок). В мировой практике известны случаи приспособления под кампусы зданий электростанции, как в Стамбуле, или сталелитейного цеха, как в Люксембурге. Есть уникальный пример текстильного города Данди в Шотландии. В 2007 году представители Университета Данди обратились к лондонскому музею Виктории и Альберта с просьбой помочь им исправить репутацию постиндустриального города через культуру. Трансформация промышленной зоны на берегу реки Тей оценивается в 1 миллиард фунтов стерлингов и рассчитана на 30 лет! Доминантой территории стал филиал Музея Виктории и Альберта, построенный по проекту японского архитектора Кенго Кума. В 2014 году небольшой промышленный город Данди признан «Городом дизайна» и вошел в мировую Сеть креативных городов ЮНЕСКО. По словам президента Международного комитета по сохранению индустриального наследия (TICCIH) Майлса Оглторпа, без правовой защиты промышленная зона была бы снесена, теперь же это культурный центр Шотландии. Он подчеркнул: «Промышленное наследие — чрезвычайно ценный инструмент образования. У нас сейчас, когда дети заканчивают школу, они выходят пассивными потребителями, которые не очень понимают, как мир вокруг них работает. Промышленное наследие позволяет обучать детей вопросам инженерных наук, математики, экономики. Важно предоставить им полезные знания, которые помогут им осознать прошлое».

Важным событием Форума стало подписание соглашения о намерениях по созданию в России национального комитета TICCIH. Создание российского комитета по сохранению индустриального наследия позволит на новом уровне вести работу по изменению законодательства в отношении промышленных памятников. Уже создан экспертный совет, который ставит своей целью подготовить национальный проект по сохранению индустриального наследия. В планах развитие промышленного туризма, создание информационного портала, издание журнала, популяризация волонтерских субботников, просветительские проекты.

На площадках секции «Сохранение культурного наследия» демонстрировали уникальные проекты восстановления и реконструкции театров, расположенных в зданиях-памятниках архитектуры, вели дискуссии о компромиссах между сохранением исторического облика и необходимостью внедрения новых технологии и организации для них дополнительных пространств. Спикеры демонстрировали работы мастеров, воссоздававших театральные занавесы, соединявших тонкую научную реставрацию и ультрасовременные технологические запросы творческих коллективов. Эксперты рассказывали о том, как классическая опера вернула свою популярность, став народной благодаря необычным проектам «Опера на парковке», или о том, как классический театр умеет говорить на одном языке с молодежью, преображаясь под звуки электронной музыки.

У посетителей Общественного потока Культурного форума в рамках секции «Сохранение культурного наследия» была возможность посетить мастер-класс известного фотографа Витольда Крассовски. Классик гуманитарной фотографии, профессор польской Академии изобразительных искусств Витольд Крассовски делал фоторепортажи из множества горячих точек планеты: из лагерей беженцев в Танзании и Афганистане, из Города мертвых в Египте. На Культурном форуме он также участвовал в презентации проекта Международного Комитета Красного Креста «Гуманитарная фотография в современном культурном контексте», посвященном 180-летию фотографии. Некоторые изображения были представлены общественности впервые. Например, свидетельства о Русско-турецкой войне 1877-1878 годов.